Искать!
БИЗНЕС
Промо-зона Рулонные газоны от ТМ «Green Land»: лучшие предложения в Крыму и на юге Украины
ОПРОС

Переболели ли Вы, Ваши родственники и знакомые COVID-19?

Да
Нет
Не знаю
А что такое COVID-19?

РЕКЛАМА



МЕСТО СДАЕТСЯ




ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Приоритет Путин поручил. Москва выделит 50 млрд рублей на водообеспечение Крыма и Севастополя
События Ключевой вопрос. В правительстве рассмотрят план водоснабжения Крыма
Репортаж Фазаны, говоришь. Минприроды пополняет охотничьи угодья Крыма пернатыми
Проиcшествия Ярость. В разных городах Крыма полицейские задержали крайне агрессивных граждан
Политика Стрессонеустойчивость. В Крыму требуют уволить чиновника, грозившего России войной
Экономика Массандра - всё. Старейшему винодельческому предприятию Крыма назначили цену
Общество Правда глаза колет. Житель Украины рассказал согражданам о жизни в Крыму
Интервью Оксана Хуповец: Будущим пенсионерам - подробно о "крымском" стаже
Трибуна Клинические испытания. Крым как симптом весенних обострений
Среда обитания Что имеем - не храним. С крымских гор в море стекает большой объем пресной воды
Культура Твори добро. Спиваков поможет крымским монахиням материально
Спецпредложение «Интерделюкс» ОOO «Interdelux» - Ваш надежный партнер в столице Украины
РЕКЛАМА



МЕСТО СДАЕТСЯ




ПАРТНЁРЫ

2013-12-18 23:24 Книжная полка

"Потомству в пример". Глава VIII. В которой рассказывается о переходе отряда кораблей под началом Казарского из Анапы в Одессу, а также повседневной матросской жизни на кораблях флота российского.



ВАША РЕКЛАМА
Между тем, нам пора вернуться несколько назад и узнать, что происходит с другим героем нашего повествования - Александром Казарским.

Получив приказ Грейга готовиться следовать вместе с шестнадцатипушечным акатом "Ирина",  двеннадцатипушечным катером "Сокол" и десятипушечной бригантиной "Елена" в Одессу для эскортирования каравана из десяти "купцов" - транспортов, зафрахтованных  специально для перевозки войск, вооружения и другого военного имущества к кавказским берегам, лейтенант Казарский со свойственной ему энергией немедленно принялся за подготовку своего старого, изрядно потрёпанного временем и в артиллерийских дуэлях с крепостной артиллерией Анапы корабля к долгому и трудному переходу.

Работы было более чем достаточно. Пришлось заменить грот-мачту, реи, быстро ремонтировать старые и шить новые паруса взамен частью сгоревших, частью превращенных в клочья турецкими ядрами. По приказу адмирала на корабль вернули ранее снятые орудия и теперь он  был снаряжён восемнадцатью корабельными орудиями.  Для заделки пробоин в бортах аварийного леса на "Сопернике" не хватило, довелось брать его с других кораблей эскадры. Плотники насчитали семьдесят четыре повреждения в бортах, из которых добрая половина приходилась на подводную часть днища. Много времени отняла обтяжка стоячего такелажа. К концу шестого дня ремонтных работ команда буквально валилась с ног, но зато корабль вновь приобрёл свой первоначальный вид и гляделся даже немного щёголем. Так бывалый матрос выделяется из молодых товарищей своей уже не новой, но безукоризненно чистой, хорошо подогнанной по его уже не молодой, но всё ещё крепкой стати  формой.

20 июня командир 1-го черноморского флотского экипажа контр-адмирал Стожевский провёл смотр кораблей, убывающих в Одессу. Корабли были отремонтированы, снаряжены и готовы  к выходу. Настрой команд, особенно после взятия Анапы, был приподнятым. По всему чувствовалось, что матросы свято верят в скорую победу над султаном, верят своим командирам и готовы сражаться до конца за Веру, Царя и Отечество.

Давая последние напутствия перед выходом в море лейтенанту Казарскому, командир флотского экипажа произнес:

- Весьма отрадно видеть тот высокий дух русского матроса, который приносит Российской империи славные победы. Вы, Александр Иванович, как никто другой умеете увидеть и понять матросскую душу, направить её благородный порыв на святое дело – утверждение на Чёрном море России, а значит, и веры православной. Наше историческое предназначение не заканчивается на черноморских берегах. Вернув свободу славянским братьям здесь, на Чёрном море, мы двинемся дальше через Босфор и Дарданеллы в лазурную Адриатику на воссоединение с южными славянами. Мощь православной Российской империи должна простираться вплоть до Северной Африки…. Надеюсь, что мы с вами успеем дожить до этого светлого дня.

Огромная фигура Стожевского с превеликим трудом вмещалась в маленькой капитанской каюте брига.  Низкий, басистый с хрипотцой голос командира  заполнял оставшееся пространство каюты и звучал весьма торжественно, отдалённо напоминая раскаты грома в майскую грозу.

- В Одессу идёте не на прогулку. Загрузитесь и, не мешкая, курс на Суджук-кале, то бишь на Новороссийск. Ежели их сиятельство граф Воронцов не убудут в Молдавию, то лично передадите ему письмо от светлейшего.

Стожевский  достал из внутреннего кармана своего форменного сюртука конверт, проверил, целы ли сургучные печати и передал его Казарскому.

- Коль у их сиятельства будет охота слушать вас, то скажите, что в здешних краях холера да чума завсегда урожай каждый год собирает знатный, а по сему лекарей разумных надобно с пилюлями да порошками в достатке. А во всём остальном здесь берег италийский, да народ дикий в горах, туркам  сродни по вере. Но генерал Ермолов, даст Бог, прижмёт к ногтю басурманов, а там духовенство наше к вере православной повернёт поганцев этих, а мы помогать в сем деле ретиво будем. Ну, а чтобы резвее дело шло, то беглых крепостных в Тавриде не ловить надобно, а селить на отвоёванном крае. Они и вспашут, и засеют землю благодатную, станут надёжным кордоном перед супостатом. Об этом сказывал и велел передать графу Воронцову командующий флотом.

Более задерживать и отвлекать вас не буду, как и не буду скрывать, что весьма рад такому офицеру, как вы. Ежели вопросов ко мне нет, то убываю, назначая старшим над "Соколом", "Еленой" и "Ириной". Впереди Варна, так что, доставив купцов в Новороссийск, ждём без промедления-с на эскадре!

Желаю удачи, господин лейтенант. Честь имею!

Утром следующего дня с первыми лучами летнего солнца отряд малых кораблей тихо снялся с якорей и вышел в море. Отряд взял курс на Одессу. Впереди шёл "Соперник", за ним в кильватер шёл 16-пушечный черноморский акат "Ирина" и 12-пушечный катер "Сокол". Замыкала колону кораблей лёгкая, быстроходная 10-пушечная бригантина "Елена". Корабли спешили в порт назначения, так как знали, что там их уже с нетерпением ждут снаряжённые корабли торгового флота. Каждый час промедления может статься роковым для русских войск  и гарнизонов Новороссийска и Анапы. Ведь турки не собирались так просто сдаваться и отдавать ключи от Северного Кавказа своим испоконвечным недругам - неверным гяурам, которые и без того рвут на куски священные земли Оттоманской империи.

Лейтенант Казарский поднялся на откидную смотровую площадку с правого борта для вахтенного офицера и, не отрываясь, смотрел, любуясь на медленно проплывающие в морской неясной, голубоватой дали, словно из рассказов о Синдбаде-мореходе, сказочно-прекрасные кавказские берега. Ветер был попутным. Корабли неслись под всеми парусами, стараясь как можно больше поймать ветра и быстрее дойти до Одессы. Ни для кого не было секретом, что из Батума вышло подкрепление для Анапского гарнизона, но опоздало, не дошло. Русские взяли Анапу скорее, чем турки смогли дойти к крепости. Теперь целая турецкая армия где-то болталась в море и ждала решения султана Сулеймана II, идти отбивать у русских Анапу и разделаться с экспедиционным корпусом генерала Ермолова, который стал уже почти хозяином всего Северного Кавказа, или выступить против Балканской армии "белого падишаха", как нарекли в Истамбуле русского царя… Казарский ещё не знал, что турки уже направили часть своих войск к Анапе морем на транспортах, которые перехватит его друг – капитан-лейтенант Стройников, и в жарком сражении с превосходящим противником одержит блестящую победу.

Казарский, расстегнув сюртук, достал из специального внутреннего кармана свои немного массивные, напоминающие формой луковицу, старинные серебряные часы на изящной длинной цепочке. Крышка часов была украшена филигранной чеканкой, которая придавала их стародавнему, тяжёлому корпусу неповторимую изысканность и доступную глазу лёгкость восприятия. Открыв крышку часов, Казарский достал из особенного потаённого гнезда ключик и, вставив его в миниатюрную скважину, осторожно завёл их.

Было шесть часов утра, прелестного весеннего утра на Чёрном море. Пробил судовой колокол.

По бирюзовому небосклону,  бесконечно высокому и прозрачно-нежному,  местами подёрнутому,  словно белоснежным кружевом,   маленькими перистыми облаками,  быстро поднимается большой золотисто-оранжевый шар солнца,  жгучий и ослепительный,  заливая радостным блеском холмистую водную поверхность моря. Голубые рамки далёкого горизонта ограничивают его беспредельную даль.

Кругом как-то безмолвно и торжественно.

Только могучие светло-синие  волны,  сверкая на солнце своими серебристыми верхушками, нагоняя одна другую,  плавно переливаются с нежным ропотом,  который нашёптывает,  что вековечное Чёрное море  сегодня находится в добром расположении.

Пусто   вокруг…

Сигнальная вахта "Соперника", шедшего под прославленным Андреевским флагом Российского Императорского флота,  зорко всматриваясь в чёткую линию горизонта,  не видит ни одного белеющего паруса,  о чём каждые полчаса, по каждому удару колокола, докладывает вахтенному офицеру:

- С правого-левого борту горизонт чист!

Слегка покачиваясь на морской волне, бриг быстро идёт своим курсом,  удаляясь всё дальше и дальше от покорённой Анапы.

Корабль небольшой,  весь черный, с белой свежевыкрашенной полосой фальшборта. Стройный и красивый,  со своими двумя чуть-чуть подавшими назад мачтами, сверху до низу покрытыми  громадой белоснежных парусов,  бриг с попутным ветром  - ровным юго-восточным пассатом, бежит себе миль по семи-восьми в час,  слегка накренившись  своим подветренным бортом.  Легко и грациозно "Соперник" поднимается с волны на волну,  с тихим шумом рассекает  их своим всё ещё крепким форштевнем,  вокруг которого пенится вода и рассыпается в разные стороны алмазною пылью.  Волны ласково лижут бока брига.   За кормой стелется широкая серебристая лента кильватерного следа.

На верхней палубе и внизу идёт обычная утренняя приборка и чистка к подъёму Андреевского флага, то есть к восьми часам утра,  когда на военном корабле  начинается день.

Рассыпавшись по палубе в своих белых рубахах с широкими откидными воротами,  открывающими жилистые загорелые шеи,  матросы - босые, с ссученными до колен штанами, с непередаваемым остервенением  моют,  скребут и чистят палубу,  борта,  решётки световых люков,  пушки и медь -  словом, убирают "Соперника" с  тою щепетильностью и внимательностью, которой отличаются моряки на всех кораблях  Черноморского флота,  где всюду,  от клотика до трюма, должна быть умопомрачительная чистота,  и где всё,  доступное кирпичу,  песку, суконке и белилам  должно сверкать и блестеть.

Матросы усердно работают и весело посматривают,  когда "горластый" боцман Макар Степаныч,  старый служака с типичным боцманским лицом того времени – красным от загара и береговых кутежей, с выкаченными серыми глазами,  "чумея",  как говорили матросы,  во время  "убирки" выпаливал какую-нибудь уж очень затейливую ругательную импровизацию,  поражавшую  дублёное ухо даже бывалого русского матроса. Делал это Степаныч  не столько для  наказания или острастки,  сколько,  как он сам объяснял -  "для порядку".

Время от времени матросы бегали на бак,  к кадке с водой и к ящику,  где тлели фитили,  чтобы  наскоро выкурить матросскую глиняную трубку острой ядрёной махорки и быстро перекинуться словом с приятелем. Затем снова принимались чистить и отдраивать успевшую изрядно закиснуть за время с прошлой приборки медь,  наводить глянец на пушки и мыть борта,  особенно старательно, когда приближался унтер-офицер,  заглядывая то туда,  то сюда.

Вахтенный офицер,  молодой, только получивший очередное звание,  стоявший вахту с четырёх до восьми, уже давно разогнал дремоту первого часа вахты. В чёрном форменном сюртуке,  застёгнутом на все пуговицы,  с новенькими золотыми лейтенантскими эполетами и  в белоснежных брюках, он ходил по юту взад и вперёд,  вздыхая полной грудью свежий утренний воздух, изредка поглядывая на лейтенанта Казарского, придавая при этом своему лицу нарочито серьёзно-деловое выражение. Нежный приятный ветерок приятно ласкает затылок молодого офицера, когда он останавливается, чтобы взглянуть на компас – по румбу ли правят рулевые;  или на паруса – хорошо ли они стоят;  или на горизонт – нет ли шквалистого облачка…  Но всё хорошо:  корабль лежит на правильном курсе;  команда согласно распорядку усердно под неустанным контролем боцманов готовит корабль к новому дню;   горизонт чист – ни паруса, ни облачка.  Лейтенанту Селиверстову  почти нечего делать,  и  он снова ходит взад и вперёд, мечтая о том, когда он, сменившись с вахты, выпьет стакан-другой крепкого ароматного чаю со свежими булками,  которые так мастерски  печёт офицерский кок,  если только водку, которую он требует для поднятия теста, не вольёт в себя вместо опары.

Подойдя к решётке камбуза,  нагнувшись вниз, офицер кричит строгим голосом:

-  Петров!  Петров,  ты что, оглох?!  Тесто готово или водку опять вместо опары в себя влил?!

- Никак нет, ваше благородие! Как можно! Ведь это ж грех первокорабельный! Чем же господ офицеров к утреннему чаю потчевать? Да с нашим господином старшим офицером опаская эта флотская служба ежель проштрафиться  в  наглую! Ах, какая опаская! – донеслось до лейтенанта снизу. -  А вчерась-то чёрт попутал, как пить дать, нечистая сила!

Лейтенант, довольный, вернулся на ют и снова начал ходить взад и вперёд, вспоминая, с каким усердием на козлах у грот-мачты вчера два унтера пороли кока, выбивая у него линьками преступное желание до "господской  водовки".

Утреннее время летело стремительно и скоро над палубой пронеслось:

- До конца приборки осталось пятнадцать минут! Медь, железо - драить, палубы сушить, унтер-офицерам принять свои заведования!

Не прошло и десяти минут, как весь корабль, надраенный и сияющий умопомрачительной чистотой, словно новый медный пятак, радовал глаз придирчивого боцмана.

Прозвучал удар колокола, оповещая команду, что половина двенадцатого  и окончены все утренние корабельные работы.  Матросы столпились на палубе и вскоре два боцмана вынесли наверх две ендовы  с водкой. Все унтер-офицеры, ставши в кружок вокруг бочонков, засвистали призыв к водке.

-  Во,  Андрейка, соловьи залились пением, а мы чичас зальём себе в глотку утреннюю чарочку! -  весело сказал старый матрос первогодку, который, боясь строгости "справных и бывалых" матросов, жался к своему покровителю.

-  Так вы, Тарасыч, мою чарку возьмите. Я ж по малости лет не пью ешо, а вам беда без ейной. Вам,  Тарасыч,  на пользу, а я от ейной слабею…  Так вы уж обязательно не побрезгуйте, уважьте…- отвечал ему худосочный юнга-первогодок,  взглянув на своего учителя и защитника глазами полными любви и ласки.

Перехватив этот взгляд, Тарасыч в ответ улыбнулся, оскаливая  свои крепкие зубы, говоря без слов, что этот матросик для него друг и товарищ.

-  Команде водку пить! – донеслась на шканцы команда вахтенного офицера.

Вскорости острый запах водки распространился по всей палубе. Удовлетворённо-серьёзные лица матросов, которые возвращались со шканцев на бак, чтобы выкурить вместо закуски справного матросского табачку, убедительнее всяких слов выражали вершину непритязательного, скромного счастья людей, навсегда оторванных от родного дома, свыкшихся с мыслью, что теперь их семья на корабле. За отца – командир бравый и отчаянный вояка; за мать – строгий и по-своему справедливый боцман. Ну, а жёны - так как в песне поётся, "наши жёны – пушки заряжёны, вот, кто наши жёны". Эту бравую солдатскую песню каждый малец в Севастополе знает.

Матросы, выкушав со смаком свою законную чарку, неторопливо отходили от ендовы, утирая усы засмоленными шершавыми руками. Так же неспешно направлялись на бак, где со знанием дела набивали свойским табачком  свои люльки и, расположившись поудобнее у кандейки с водой, раскуривали их. Глубоко затянувшись, подставляли свои лица ласковому, уже почти летнему солнцу. Лениво перекидывались несколькими словами с товарищами и замолкали в каком-то только им понятном блаженстве. Само же питие проходило неторопливо и обстоятельно, ведь скоро обед. И, действительно, не успели убрать с палубы опустевшие ендовы, как вновь раздалось:

-  Бачковым на камбуз! Команде руки мыть!

Матросы,  перегнувшись, почти  свесившись за борт, набирали в деревянные вёдра морскую воду и с усердием мыли в ней песком руки,  стараясь стереть въевшуюся в кожу черную смолу.

Снизу, с камбуза, один за другим, по почти что по отвесному трапу, начали подниматься бачковые – артельщики,  неся в руках большие баки, накрытые деревянными мисами с кашей и мясом, от которых шёл густой, ароматный пар.

На свободной палубе, прикрытой брезентами,  уже расселись,  поджав под себя ноги, матросы. Усаживались артелями,  человек по десять вокруг дымящихся бачков с наваристыми жирными щами из кислой  капусты и свежей свинины. Свиньи содержались на баке в специальных ящиках-клетках.  Трапеза проходила молча и истово,  как вообще едят крестьяне. Хлебали варево, заедая размоченными в нём же сухарями.

Осторожно ступая между обедающими,  Тарасыч подошёл вместе с Андрейкой к своей артели,  расположившейся у грот-мачты, и  проговорил матросам,  в ожидании его не начинавшим обедать:

-  А что, братцы, примите в артель ентого юнгу?

-  Что спрашиваешь здря?  Садись подле свого земы и всех-то делов! -  проговорил старый плотник Захарыч – годок Тарасыча. Тут все в один голос загудели,  чтобы Андрейка садился к ним и они не супротив того,  чтобы  тот был в их артели. Со всех сторон начали раздаваться добродушно-шутливые голоса:

-  Небось, не объест этот Андрейка!

-  И всю капусту не осилит, мал ешо!

Артель с полным радушием приняла молодого матроса, впервые вышедшего на корабле в море. Один дал деревянную ложку,  другой придвинул размоченный в вареве сухарь,  и  все по-доброму смотрели на тщедушного парнишку,  вспоминая себя в молодости и свой первый выход в открытое море.

-  Однакоть и починать надобно,  а то щи застынуть! -  солидно заметил  Захарыч.

Все, перекрестившись, начали хлебать горячие щи, дуя со всем усердием на ложку, после чего начинали громко втягивать в себя варево. Андрей завороженно смотрел на едоков жадными голодными глазами, не решаясь опустить свою ложку в бак со  щами.

-  Эко пужливый какой, малец! Ешо и боцмана-то живого не видел, а ужо спужался! Не боись! Обед – не барщина!   Здеся поторопиться надоть с полным уважением к артели, значит,  -  с этими словами старый плотник потрепал стриженую голову юнги и поднёс к его губам свою ложку… После этого Андрейка перестал бояться и уже вместе со всей артелью начал усердно уписывать и щи, и кашу с салом и мясом. А Тарасыч то и дело довольно поглядывал на своего подопечного, похваливая его:

-  Вот так и надоть! Коль ешь хорошо, хорошо и службу править будешь. Не здря говорят, шо море любит сильных, а сильные любять поесть…

-  Да, сильно мы турку под Анапою дали жару, – поддержал разговор один из артельщиков. – Небоись и крест православный целовать рады были, когда наш единорог их крестил… А всё ж таки немало мы их людей штацких побили. Хоть и турка, а жалко баб ихних и деток…

-  Жалко у пчёлки. – прервал товарища Тарасыч. – У нас на Подолье до сих пор малых неслухов мамки турками да татарами  стращают. Нет такого села по всей Украине, где б ни помнили страшенные набеги этих разбойников. Зимою долгими вечерами старшие люди собирались в хатах и сказывали про турецкую неволю, про мучения нечеловеческие, которые переносили наши православные от ентого иродового племени. Старых и малых, всех без разбору гнали в рабство, шо быдло. И в той же Анапе их на базаре как скот продавали… Небось, и твоих сродственников эти мирные, горемычные турки ежель не лишили жисти, то заживо сгноили в своей страшной неволе?

- Правду гуторишь, Тарасыч. Мирные они тогда, когда силу чуют сурьёзную и знають, шо более их гнусностям наступил предел, – поддержал Тарасыча его сосед, сидевший по правую сторону от него. – Тперьча ихний Суджук-кале нашим Новороссийском именуется и нынче Анапа стала российской. Ешо чуток и Царьград сызнова православным станет. Так нам в соборе сам батюшка сказывал.

* Продолжение следует

Автор: Олег Довгалюк
Источник: Крым Вечерний
Просмотров: 128
Комментариев: 0
Тэги: Мир  литература  книга  Довгалюк 

В тему:
Последние комментарии:
Читать все комментарии

Добавить комментарий
Пожалуйста, придерживайтесь темы данной публикации, для общения на другие темы у нас есть форум. Выражая свое мнение, соблюдайте общепринятые правила приличий. Площадная брань, оскорбления, спам и т.п. удаляются. Количество знаков в комментариях ограничено. Действует лимит 24 часа/комментариев для не зарегистрированных пользователей.

Ваше имя (*)
Тема (*)
Комментарий (*)
Число на картинке (*)

    Последние публикации
Война продолжается. В Севастополе обезвредили более 100 старых боеприпасов
Саперы МЧС извлекли из земли в Севастополе и транспортировали в безопасное место более 100 взрывоопасных предметов времен Великой Отечественной в >>>

Туда нельзя. Крымчанам рекомендуют не ездить на Украину из-за Covid
В Крыму уровень заболеваемости COVID-19 вырос почти в два раза за последние две недели, рост заболеваемости зафиксирован в девяти районах республики. >>>

Силовой вариант. Украина при поддержке США может начать военные действия против Крыма
Киев, пользуясь поддержкой США, может организовать провокации, чтобы начать военные действия против Крыма. Об этом на совещании по обеспечению на >>>

Влага небесная. Благодаря осадкам в Крыму пополняются водохранилища
За прошедший месяц почти все основные водохранилища Крыма получили уверенные притоки. В общей сложности запасы воды в них увеличились на 9,6 миллиона >>>

Реализовать волеизъявление. В Крыму предложили ввести прямые выборы глав администраций
Глава Крыма Сергей Аксёнов и спикер парламента республики Владимир Константинов предложили ввести прямые выборы глав администраций муниципалитетов. Об >>>

Лед тронулся. Лужкову могут присвоить звание почетного гражданина Севастополя
Память экс-мэра Москвы Юрия Лужкова в Севастополе – столичный градоначальник наш город всячески поддерживал – планируется увековечить как >>>

Ритуальные заявления. Эксперт оценил перспективы возможной войны за Крым
Перспективу силового "возвращения" Крыма невозможно рассматривать всерьез, военные потенциалы России и Украины несоизмеримы. Такое мнение РИ >>>

Не всё включено. Крымский бизнес сомневается в возможностях all inclusive
Крымские отельеры оценили идею введения отечественного all inclusive. Именно такие стандарты рассматривают для внедрения в туристической отрасли полуо >>>

Твори добро. Спиваков поможет крымским монахиням материально
7 марта в Московском международном доме музыки состоится благотворительный вечер "Человек, возлюби мир! Час Баха" народного артиста СССР Вла >>>

Торговля делами. В Крыму экс-полицейские получили по 8 лет из-за публичного дома
Железнодорожный районный суд Симферополя вынес приговор в отношении двух бывших полицейских, которые получили от сутенёра взятку в 3 миллиона рублей з >>>

Коллективный разум
Форум

Лучше раз увидеть
Фотогалерея

День ВМФ в Севастополе
Реклама




МЕСТО СДАЕТСЯ





Интересное у нас
Мир 101-е предупреждение. США снова не нравится происходящее в Крыму
Скрижали Неупокоенные. Двух красноармейцев нашли на затонувшем у Крыма теплоходе
Здоровье Собираться больше трех. Крымчанам разрешили соревноваться и сходиться
Отдых COVID не спит. Туристы в Крыму должны соблюдать "масочный" режим
Авто Финишный слой. Строители "Тавриды" меняют движение в Ленинском районе Крыма
Спорт Чемпионат Крыма по футболу. "Таврия" обыграла "Евпаторию" на своем поле
Книжная полка "Хроника флотского спецназа". Плохая примета
Реклама



МЕСТО СДАЕТСЯ



Блоги
.
.
Погода
Уже история
Архив "АвтоВАЗ" существенно увеличил продажи
На правах рекламы Стихия. Энергетики Крыма устраняют последствия непогоды на полуострове
Реклама