Искать!
БИЗНЕС
Промо-зона Искусственный остров из морского песка в Дубае. Почему не в курортном Крыму? (ФОТО)
ОПРОС

Где Вы намерены отдыхать нынешним летом?

В Крыму
В России
За рубежом
На даче
Дома, на диване
Другое
А что такое "отдых"?

РЕКЛАМА



МЕСТО СДАЕТСЯ




ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Приоритет Потому, что без воды... Для обеспечения Крыма животворной влагой нужны 100 млрд
События По "заслугам". Верховный суд РФ оставил за решеткой пойманных в Крыму диверсантов
Репортаж Границы без замков. Крым и Севастополь поделили территории, будут "делить" воду
Проиcшествия О, времена. Крымский предприниматель "заказал" партнера по бизнесу и попал под суд
Политика Железный занавес. Власти Крыма попросили Москву закрыть госграницу с Украиной
Экономика Овес нынче дорог. В Крыму не станут закрывать сельскохозяйственные ярмарки
Общество Жесть. Врачи в Севастополе прописывают пациентам поездки к святым мощам? (ФОТО)
Интервью Владимир Терентьев: Крыму и Севастополю коррупционеры нанесли ущерб в 40 млн
Трибуна Один в поле воин? В Севастополе пикетчики у правительства стали трендом сезона
Среда обитания "Гром" грянул. Штормовой ветер валит "сухостой" - в Крыму и Севастополе не чешутся
Культура Звезда пленительного счастья. В Севастополе прошел Большой офицерский бал
Спецпредложение Купи себе немножко рая. Продается большой земельный участок у моря в Севастополе (фото)
РЕКЛАМА



МЕСТО СДАЕТСЯ




ПАРТНЁРЫ

2014-02-16 23:11 Книжная полка

"Потомству в пример". Глава XVI. Праздничный Севастополь. Бал в Дворянском собрании в честь тезоименитства Государя-Императора Николая I и отличившихся офицеров в компании 1828 года. Друзья получают приглашение в дом к Гердт. (Продолжение 2)



ВАША РЕКЛАМА
На этих гуляньях было много женщин.

В сущности, для них и устраивались празднества потому, что Севастополь по своему чину военной твердыни, предназначенной охранять весь юг Европейской части Российской империи, был подчёркнуто мужским городом.  Помните "Ведомость, учинённая в Новороссийской казённой палате, обо всех ныне существующих в Крыму… селениях…" за 1802 год и её пояснения: "Портовый город Ахтиар или Севастополь… казённые строения и многие партикулярные выстроены из дикого бутового камня, а некоторые из тёсаного, крыши оных покрыты черепицей, церквей две, жителей 145, окромя военнослужащих…". 

Конечно, город с таким огромным количеством постоянно живущих военных привлёк не одну сотню жриц свободной любви, которые чуть только раздавались на пристани звуки военного оркестра, выходили на свой плотоядный промысел, отчётливо, по-военному маршируя по главным улицам города – Екатерининской и Морской. На площадь у Графской, где постоянно дежурила полиция, могли из них попасть исключительно только те, что одевались "под приличных дам".

В такие "царские" дни, как день Святого Николая - празднование тезоименитства Государя всея Руси Николая I, суда, находящиеся в многочисленных бухтах базы, были приведены в полный порядок, окрашены, с обтянутым такелажем, с поднятыми совершенно новыми флагами, что придавало им весьма праздничный вид. Эта картинная, немного лубочная красота военных кораблей Черноморского флота,  отражаясь в зеркальной чистоте Севастопольских бухт, не могла не веселить глаз. На всех этих судах, хотя и разодетых парадно, всё-таки кипела своя, привычная повседневная жизнь. Между ними и от них к пристаням Екатерининской и Графской – скользили под вёслами и на парусах по тихой воде  Южной бухты боты, шлюпки, катера, вельботы с катающимися флотскими дамами. Беззаботные барышни беспечно весело и раскатисто смеялись, кокетливо защищаясь  от не по времени поры года яркого, сочного зимнего солнца, звонко распевали радостные песни и романсы.

Солдаты пехотного и гусарского полков, расположенных в предместье города, сегодня явились на обедню, молебен и парад к Михайловскому собору. Они прошли церемониальным маршем перед Главным командиром Черноморского флота, его свитой и городскими властями, получив от генерал-адмирала поздравления с праздником, на что торжествующе ответили: "Покорнейше  благодарим, ваше сиятельство!". После этого ушли в свои казармы.

Бравое офицерство же деятельно готовилось к балу в приспособленном для балов, вечеров и приёмов высочайших особ роскошно отделанном доме Дворянского собрания, стоявшего у Графской пристани. Биллиардная комната и кабинеты, окружавшие зал, были в дорогих обоях – голубых, розовых, зелёных, с золотым тиснением. По архитектуре это было, действительно, красивейшее здание во всём Севастополе, в котором к тому времени было уже построено немало больших и великолепных домов.

В небольшом милом зданьице, что рядом с Дворянским собранием, размещалась библиотека морского ведомства, собранная офицерами флота. Она была доступна всем желающим и уже насчитывала несколько сотен книг, как художественного, так и технического содержания. Её услугами с удовольствием пользовались многие офицеры и их домочадцы без каких-либо на то ограничений. По всему было видно, что Севастополь пользовался особым благорасположением у царя и правительства и доблестное офицерство в нём пребывало состоятельное.  Около него могли спокойно наживать свои капиталы и благодушествовать купцы, которые, перебивая друг друга, стремились завязать  до чрезвычайности корыстные для себя торговые отношения с флотом.

А между тем, в Дворянском собрании у стены, что была против входной двери в зал, стоял на незначительном возвышении большой, в массивной, богато оформленной сложнейшими филигранным узорами и золочёной раме портрет императора всея Руси Николая I в полный рост в парадном мундире казачьего полковника, писаный маслом.  Портрет именинника был густо обвит гирляндами цветов, между тем как портреты членов императорской семьи, стоявшие тут же, тоже были украшены цветами, но зримо уступали убранством и были намного скромнее.

Генерал Кирьянов – начальник жандармского управления всего юга России, не спеша подошёл и остановился перед портретами императора и членов его семьи. Своим острым взглядом внимательно, оценивающе осмотрел их, смерил  украшения портретов. Так, немного постояв у них, как бы в раздумье, он оглянулся и, заметив своим намётанным взором стоящего в зале, невдалеке у колон, помощника коменданта, подозвал его к себе небрежным жестом. И в самом жесте жандармского генерала, и в том, как он стоял рядом с застывшим, вытянувшимся в струнку перед ним помощником коменданта, и в его всегда пренебрежительно прищуренных глазах и интонациях визгливого, старчески мерзкого голоса, во всём его естестве чувствовался человек, привыкший к безропотному послушанию и покорности окружающих. Шеф жандармов свыкся с мыслью о том, что ему дозволено повелевать многими более значимыми в чинах и должностях чиновниками, как военными, так гражданскими, штатскими, партикулярными…  самолично вершить их судьбы. 

Он смотрел сквозь прищур колючих, выцветших желтых, точно у тигра, глаз, на подскочившего и обмершего перед ним полковника, словно говоря: "Не перечь, а то раздавлю! А в безропотности будешь, может, и оставлю. Не прикоснусь, всё обойдется, и станешь далее жительствовать!". Генерал Кирьянов раздражённо заметил  Верёвкину-Смирницкому:

- Насколько я вижу, тут кто-то у вас поумствовал, полковник. Ваше счастье, что светлейший князь Александр Сергеич не смог лично почтить торжество собственной светлейшей особой и доставить радость нам своим присутствием по причине своего ранения, а то бы…  Неуж-то не вняли прописным истинам, что в таких делах потребно поменьше ума, да надобно побольше трепета? Как говорится, маслом кашу не испортишь, - вот так-с!

Верёвкин-Смирницкий только ещё больше скромно склонил голову и продолжал учтиво молчать. Да и что бы он мог ответить жандарму, тогда как этим занималась его жена, а он привык целиком полагаться на неё даже в самых важных хозяйственных делах управления своим полком?

- Сейчас выправим, ваше высокопревосходительство… - попытался ответить Верёвкин, но Кирьянов бесцеремонно прервал и разом прекратил все объяснения растерявшегося полковника:

- Хоть вы, господин Верёвкин, и донеслись до чина полковника, я всё же не могу промолчать и скажу-с: "Фигой сраму не прикроешь!" Будьте любезны запомнить сие  неписаное правило один раз и на веки вечныя. Нечего теперь у всех на глазах мельтешить да своё скудоумие показывать. Дорого яичко ко Христову дню… Радуйтесь, что в сим согрешении я вижу лишь вашу глупость да вздор, а не злонамеренность и вольтерианство , направленные супротив монаршей воли!

Новый встречный туш заставил Кирьянова обернуться к дверям зала: входил Моллер, тоже генерал-лейтенант, но старше по производству и уже довольно древний старик, с пушистыми кудельками снежно-белых волос.

Окна собрания были приоткрыты туда, в море, в лунную зимнюю ночь. Двери, конечно, тоже были открыты, но сквозняка не выходило, даже язычки пламени на свечах  массивной бронзовой многоярусной люстры почти не колыхались. Приписанные к Дворянскому собранию проворные матросы флотского экипажа, усатые и с бакенбардами в виде котлеток, но без бород, как это тогда полагалось, высоко поднимая над головами тяжёлые подносы с бокалами шампанского и стаканчиками сливочного, кофейного, ягодного мороженого,  с ловкостью, которой могли бы позавидовать многие официанты столичных ресторанов, обносили ими дам.

И вот, наконец, полиция, оцепившая с площади дом Дворянского собрания, чтобы праздная публика не смела прохаживаться под окнами дома и глазеть на походящее в собрании торжество, дала знать на лестницу, что главный командир Черноморского флота и портов,  военный губернатор Николаева и Севастополя генерал-адмирал  Алексей Самуилович Грейг с супругой вышли из своего дома и направились в сопровождении других адмиралов и командиров флота к дому Дворянского собрания. Дамы и собравшиеся многочисленные гости из разных углов зала и кабинетов собрания поспешно столпились около входных дверей в ожидании его сиятельства генерал-адмирала Грейга.

В конце концов всё когда-то заканчивается. Закончилось и томительное ожидание начала торжеств. На высокой и достаточно широкой мраморной лестнице из необыкновенно тёмно-зеленого мрамора, специально завезенного в Севастополь из италийских Альп, показался командующий со своей женой в окружении сопровождающих чинов.  Они, величаво и не торопясь, шествовали по ярко освещенной ароматными свечами из Георгиевского монастыря, стоящими в изящных бронзовых бра лестнице, устланной дорогим красным ковром.

Несмотря на свои преклонные годы, адмирал держался прямо. Его седые волосы были коротко острижены,  глаза стального цвета внимательно глядели не под ноги - на ступеньки и ковёр, а вверх, где у  распахнутых из тёмного дуба, украшенных богатой резьбой дверей  банкетного зала толпились дамы, и слышалась из зала подготовка оркестра к радостному тушу.

Грейг при своём росте казался сухощавым, если не худым, однако это была не сухощавость дряхлеющего старика, а его прирождённая стройность, которую он передал и своим сыновьям. Старший сын – отличный офицер и бравый командир тендера "Луч", не выдержав суровой требовательности и взыскательности адмирала-отца, перевёлся служить на Балтийский флот. Младший же – остался при родителе и служил, не пользуясь поддержкой именитого и влиятельного отца на одном из кораблей эскадры, однако при этом числился на хорошем счету у командования.

Хозяйка бала мадам Верёвкина-Смирницкая – ещё молодая, но довольно крупная,  под стать своему мужу-великану женщина, владетельница тех форм, которые начали добреть несколько скорее, чем хотелось бы этого самой хозяйке, кои в обществе учтиво зовут роскошными, встретила адмирала в дверях зала. Она застенчиво всячески пыталась скрыть нижнюю половину своего дородного, неожиданно раскрасневшегося и покрывшегося крупными каплями пота лица за огромной корзиной тёмно-пурпурного, почти коричневого цвета роз. Розы действительно были из её зимнего сада-оранжереи и казались здесь, посреди зимы, чем-то неестественно волшебным и сказочно прекрасным. Полковница собственноручно их срезала и лично уложила в красивую цветочную корзину.

Смирницкая, было, приготовилась сказать заранее заготовленную и выученную на память  торжественную речь, что-то наподобие сегодняшней проповеди отца Иннокентия в Михайловском соборе на утренней службе, но то ли от внезапно охватившего её волнения и трепета, то ли от чересчур туго перетянутого китовым корсетом её пышного стана, она смогла только проговорить: "Поздравляем вас, Алексей Самуилович, с торжеством Ангела нашего Государя-Императора и заслуженной высочайшей наградой от батюшки-царя свою верную службу Отечеству и Престолу российскому…".

Конечно же, её речь была значительно проще и короче проповеди отца Иннокентия, однако, произнеся первую фразу своего поздравительного спича,  неожиданно для себя самой и окружающих её дам остановилась на полуслове, стыдливо замолчав. Все прочие слова поздравительной речи неожиданно вылетели из её головы, а букет непроизвольно, как будто руками полковницы правил злой чёрт-карла из коробочки, потянулся к золотым аксельбантам генерал-адмирала.

Грейг благосклонно, немного даже театрально, поблагодарил мадам Смирницкую какой-то неразборчивой, невнятной фразой на своём ужасающем французском языке и, молодцевато склонившись, поцеловал протянутую ему пухлую руку полковницы.

Дамы кругом закричали:

- Поздравляем! Поздравляем, ваше сиятельство!

Полковник Верёвкин-Смирницкий был на седьмом от счастья небе. Тут музыканты грянули туш, разом заглушив все ликующие голоса. Грейг передал корзину своему адъютанту и продолжил движение в зал. Приветствуя собравшихся гостей Собрания в зале легкими наклонами головы влево и вправо, адмирал изо всех своих сил не переставал мило и приветливо улыбаться. И все-таки улыбка их сиятельства при этом больше походила на досадливую гримасу. Однако, поддавшись общему чувству восторга и праздничности, этого уже никто из гостей не замечал. За ним потянулась длинная вереница адмиралов, генералов, капитанов 1 ранга, командиров отличившихся под Анапою и Варною кораблей.

Между тем флаг-офицер Грейга - энергичный и деятельный лейтенант Михайлов, имевший достаточный опыт в подобных делах и знавший все предпочтения адмирала, уже заранее осведомлялся у полковника Верёвкина-Смирницкого, приготовлен ли в Собрании кабинет для генерал-адмирала. Вместо ответа полковник торопливо выдвинулся вперёд, чтобы провести его высокоблагородие командующего в специально приготовленный для него кабинет, убранный с особенной тщательностью и заботливостью.

Но дамы не желали разомкнуть своего тесного круга перед адмиралом, сделавшим было шага два вслед за Смирницким. Наиболее смелая и бойкая из них, жена капитана 1 ранга Бутакова – капитана флагманского линейного корабля "Варшава", спросила у Грейга:

- Ваше сиятельство, вы, конечно же, знаете, что взятие Анапы и Варны, а равно как ошеломляющие всякое воображение мирных обывателей успехи нашей  армии на Кавказе и в Бессарабии не на шутку разозлили турецкого султана. Так правду ли говорят в городе, что Севастополю грозит турецкий десант? Нужно ли нам опасаться неприятельского десанта или нет?

- Мадам, Севастополь с моря неприступен. В море с нами турецкий флот воевать избегает, если не сказать более. Так о каком десанте вы говорите?  Да, и есть ли сейчас у турок сила, способная дозволить им атаковать такую крепость, как наш Севастополь? – улыбнувшись, спросил Грейг. – Вы жаждете располагать сведениями, куда вероятен десант?

Ещё не до конца возведённые форты и равелины, охранявшие Севастополь от неприятельского нападения, казались тогда колоссальными сооружениями. Они  были похожи  на ожившие картинки, которые с живописанием несокрушимой средневековой мощи замков-крепостей с круглыми башнями по углам и множеством бойниц для дальнобойных орудий, делали Севастополь, действительно, с моря  неприступным.

И быстро, но при этом со значением сам же и ответил на свой вопрос:

- На Кавказ!

- На Кавказ… – изумлённо повторила Бутакова. – А отчего на Кавказ?

-Таково мнение Государя-Императора. Его величество считает, что Махмуд II постарается вернуть Анапу – ключ ко всему Северному Кавказу, а посему наша эскадра в Севастополе пробудет недолго.

- А вы лично… ваше личное мнение командующего? – не звучно, но достаточно настойчиво спросила Бутакова.

- Какого лично я мнения? – демонстративно чрезвычайно изумился адмирал такому детскому и наивному вопросу молодой хорошенькой женщины. И, как того требовала от него сложившаяся ситуация, ответил в наставительном отеческом тоне:

– Если мне известно мнение его Величества, то я не имею права разделять какие-либо другие воззрения или придерживаться иных мнений.

* Продолжение следует

Автор: Олег Довгалюк
Источник: Крым Вечерний
Просмотров: 108
Комментариев: 1
Тэги: Мир  литература  книга  Довгалюк 

В тему:
Последние комментарии:
Читать все комментарии

Добавить комментарий
Пожалуйста, придерживайтесь темы данной публикации, для общения на другие темы у нас есть форум. Выражая свое мнение, соблюдайте общепринятые правила приличий. Площадная брань, оскорбления, спам и т.п. удаляются. Количество знаков в комментариях ограничено. Действует лимит 24 часа/комментариев для не зарегистрированных пользователей.

Ваше имя (*)
Тема (*)
Комментарий (*)
Число на картинке (*)

    Последние публикации
Деньги есть. Крымским предпринимателям предложат кредиты для выплаты зарплат
В Крыму предприниматели смогут получить беспроцентные кредиты на выплату зарплаты своим сотрудникам. Об этом стало известно во время ежедневного засед >>>

В интересах чиновников. Госдума разрешила Крыму и Севастополю госзакупки в особом порядке
Государственная Дума РФ приняла в третьем чтении законопроект, предусматривающий особый порядок действия закона "О контрактной системе в сфере за >>>

Безопасность превыше всего. В Крыму заморозят все стройки, кроме трассы "Таврида"
Власти Крыма приняли решение о приостановке работы строительной отрасли Крыма до 6 апреля. Как сообщил вице-премьер Крыма Евгений Кабанов, приостанови >>>

Шаг влево, шаг вправо. Вслед за Севастополем Крым вошел в режим самоизоляции
Глава Крыма Сергей Аксёнов своим указом обязал всех жителей республики оставаться дома в период с 3 по 6 апреля. Документ опубликован на портале прави >>>

1 апреля - никому не верю. О Севастополе, коронавирусе и смешных тенденциях
Мне представляется, топ первоапрельских шуток в этом году должен возглавить ВРИО губернатора Севастополя со своим обещанием, что в День дурака за несо >>>

Кроме шуток. С 1 апреля в Севастополе введен режим "всеобщей самоизоляции"
Врио Губернатора Севастополя Михаил Развожаев в целях профилактики по нераспространению новой коронавирусной инфекции подписал Указ, обязующий граждан >>>

Спалились. Правительство Севастополя эвакуировали из-за пожара, жертв нет
Сотрудников правительства Севастополя, работающих в главном здании на улице Ленина, 2 временно эвакуировали из-за возгорания. Велись работы по&nb >>>

С вещами на выход. Развожаев пообещал севастопольцам пропуски из самоизоляции
И.о. губернатора Севастополя Михаил Развожаев допускает, что в городе могут быть введены специальные пропуски для граждан, которые дадут право выходит >>>

Шашлык во время чумы. Инфекционист рассказала, чем опасны поездки по Крыму
Врач-инфекционист ГБУЗ РК "Симферопольская городская клиническая больница №7" Татьяна Одинец призвала крымчан отказаться от поездок на приро >>>

Никто никуда не торопится. Крымчане откладывают покупку авто из-за курса доллара
Больше половины крымчан отложили покупку машины из-за скачка курса доллара. Это выяснил автомобильный портал Дром с помощью проведенного опроса. По ре >>>

Коллективный разум
Форум

Лучше раз увидеть
Фотогалерея

Планета. Турция: Босфор
Реклама




МЕСТО СДАЕТСЯ





Интересное у нас
Мир Летают вокруг всякие... Самолеты-разведчики НАТО не оставляют Крым без внимания
Скрижали Что-то с памятью у них стало. Украинские нардепы "досрочно" отдали Крым России
Здоровье Бди. В Крыму на 20% увеличилось количество случаев бешенства у животных
Отдых Солнце, воздух и вода. Названы пять самых популярных у отдыхающих городов Крыма
Авто Мы поедем, мы помчимся. Дорожникам осталось достроить всего 15% трассы "Таврида"
Спорт На "крыше мира". "Снежный барс" из Севастополя водрузил флаг города на Эверест
Книжная полка "Хроника флотского спецназа". Салют над Средиземным
Реклама



МЕСТО СДАЕТСЯ



Блоги
.
.
Погода
Уже история
Архив "АвтоВАЗ" существенно увеличил продажи
На правах рекламы Обработка стекол
Реклама