Искать!
БИЗНЕС
Промо-зона Искусственный остров из морского песка в Дубае. Почему не в курортном Крыму? (ФОТО)
ОПРОС

Где Вы намерены отдыхать нынешним летом?

В Крыму
В России
За рубежом
На даче
Дома, на диване
Другое
А что такое "отдых"?

РЕКЛАМА
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Приоритет Получите и распишитесь. Украинский суд вынес первый приговор по делу "крымских сепаратистов"
События Чего и следовало ожидать. Европа отвернулась от Украины
Репортаж Любо, братцы, жить! Кубанское казачество возьмет Крым под опеку и защиту (фото)
Проиcшествия Экстренная эвакуация. В Крыму обезвреживают найденную "металлистами" морскую мину
Политика Коротко и ясно. Матвиенко не сомневается, кто в Крыму хозяин, но понимает крымчан
Экономика И на Марсе будут яблони цвести. Россия развернет крымские реки вспять
Общество Нас снова сосчитали. Интернетом в автономии пользуется только каждая пятая крымская семья
Интервью Дмитрий Шагин: Мало пить неинтересно, а много - невозможно
Трибуна Крым "родить обратно" не получится. Украинский фитиль к бочке с Третьей мировой
Среда обитания Бди. Россельхознадзор больше не допустит в Крым всякую отраву с Украины
Культура Под занавес крымского лета. Ялта завершит курортный сезон фестивалем
Спецпредложение Купи себе немножко рая. Продается большой земельный участок у моря в Севастополе (фото)
РЕКЛАМА
Loading...
ПАРТНЁРЫ

2015-03-12 13:50 Интервью

Ростислав Ищенко: США признают свое поражение в течение двух-трех лет Ч.1

Недавно в Симферополе по приглашению медиа-клуба "Формат А3" побывал директор Центра системного анализа и прогнозирования Ростислав Ищенко. Его по праву считают одним из самых точных экспертов не только по Украине, но и в таких сложных вопросах, как геополитика. Сегодня он живет в Москве, много пишет, его часто приглашают на политические ток-шоу.

Тему, которую мы предложили обсудить, можно сформулировать двумя словами: враги России.

Кто главный враг? Конечно, США!

— Наше с вами предыдущее интервью вышло под заголовком "Соединенные Штаты на Украине уже проиграли". С июня прошлого года прошла, по нынешним меркам, уйма времени — вам не хочется как-то изменить этот заголовок?

— И сегодня скажу то же самое: Штаты уже проиграли. И теперь они проиграли не только на Украине, но и глобально.

Дело в том, что любое стратегическое поражение тактическими средствами можно превратить в победу или, по крайней мере, в ничью. Что они сейчас, по большому счету, и пытаются сделать. При сохранении тех же тенденций и той же динамики развития всех основных глобальных процессов у США нет шансов — причем в совсем обозримом будущем, в течение двух-трех лет они вынуждены будут признать свое поражение вполне официально.

Не знаю, как это произойдет, вряд ли, как 9 мая 1945 года, потому что войны нет и формально не у кого принимать капитуляцию, но тем не менее это должно произойти, в том числе должно быть юридически закреплено в международно-правовом плане. Но до тех пор вполне возможны всякие неожиданности — в принципе, вся политика из неожиданностей и состоит.

США не оставляют попыток раскачать ситуацию внутри России. Понятно, что в том виде, в каком он был на Украине, российский Майдан просто невозможен, то есть ставка будет делаться не на это, а на создание внутренних проблем. Причем, неважно, за счет чего — за счет недовольства правительством со стороны либеральной оппозиции или за счет патриотизма. Важно просто, чтобы правительство испытывало проблемы внутри своего собственного государства. И чем больше этих проблем, тем для США лучше.

Такие попытки будут происходить со всех флангов — либерального, патриотического, тут любое недовольство будет поддерживаться; попытки ослабить позиции России будут делаться и в международном плане, потому что любой тактический успех в условиях относительного равновесия может оказаться той соломинкой, которая сломает хребет верблюду и приведет к общей победе. Потому что, еще раз говорю: США находятся в нисходящем тренде. А Россия — в восходящем. Но пока наблюдается равенство сил.

— Нам в СССР тоже всё время говорили: Запад загнивает…

 — А он, вообще-то, и загнивал, по большому счету. Запад проиграл холодную войну в экономическом плане и то, что мы сейчас имеем проблемы с США, — это результат их экономического проигрыша Советскому Союзу. Потому что практически вся рейгономика заключалась в накачке деньгами, причем деньгами кредитными, то есть фактически Запад брал деньги у будущих поколений для того, чтобы сегодня продемонстрировать витрину более интересную, чем был в состоянии показать Советский Союз.

При прочих равных, то есть без этой кредитной накачки за счет того, что США сами печатали доллары, никаких шансов выиграть экономическое соревнование у них не было. И собственно, отказ Запада поменять эту модель после победы в холодной войне (а почему, вполне понятно: огромное количество бизнеса, банков было втянуто в заработок на основании именно этой модели) привел к сегодняшней конфронтации, к тому, что Запад находится в системном кризисе.

И если для России победа над США означает победу в принципе, то для США победа над Россией означает только продление агонии. Потому что мир все равно конечен, и даже если захватить весь мир, все равно эта система на определенном этапе исчерпает необходимый для ее поддержания ресурсный потенциал. Посмотрите, между 1991 годом, когда Запад получил в освоение огромные, фактически неконтролируемые рынки бывшего СССР и стран Содружества, до 2000-го, когда объективно начался кризис, проявившийся в 2008 году, прошло всего-то 8-9 лет. Соответственно, даже если США сумеют удержать контроль над всем миром, до возвращения кризиса в острую фазу (когда наличные глобальные ресурсы вновь станут недостаточными для глобальной экономики) понадобится лет пять-шесть, вряд ли больше.

Они сейчас живут по принципу "умри ты раньше, а я позже". Может быть, пока все вокруг будут умирать, каким-то образом что-то поменяется, что-то придумается, земная ось в другую сторону повернется и удастся выкрутиться, и потом, если в такой ситуации ты умираешь последним, то все равно ты самый богатый и у тебя больше шансов на то, что в новом посткризисном мире ты опять-таки будешь занимать лучшие позиции. Это не факт, но по крайней мере — одно из гипотетических утешений.

— А почему мы их называем партнерами? Это такой дипломатический политес или все-таки у нас есть какая-то надежда на установление нормальных отношений?

— В международной политике каждое ваше слово влечет за собой определенные последствия. Если вы их называете партнерами, то вы с ними ведете переговоры — но это не значит, что с ними нужно вам дружить и целоваться в дёсны. С партнерами вы ведете переговоры, пытаетесь о чем-то договориться, выйти на какой-то компромисс. А если вы их называете врагами, вы с ними воюете. Соответственно, до тех пор, пока вы не будете воевать, или пока, по крайней мере, не хотите признавать, что вы воюете, вы — партнеры. И это несмотря на то, что совершенно очевидно, что Россия ведет войну с Соединенными Штатами — пусть не такую, но, может быть, не менее разрушительную, чем Вторая мировая. Владимир Путин недавно заявил, что "мы войну не ведем"; у нас есть проблемы, но войны нет. Соответственно российская власть, российская дипломатия предпочитает не повышать градус напряжения, по крайней мере на уровне дискуссии.

— Но мы ведем войну как бы оборонительную…

 — Понятное дело, что не наступательную. Но любая оборонительная война заканчивается наступлением. То есть война всегда заканчивается в логове зверя, по-другому она не может закончиться. Ну, разве что капитулировать — тогда конечно...

В 2008 году начался процесс, когда Россия от чистой обороны постепенно начала переходить в наступление: вначале был тактический ответ в Грузии, потом — в Сирии, сейчас — на Украине. И это уже совершенно очевидно стратегическое сражение, по масштабам не меньшее, чем Сталинградская битва, а то и Курская дуга, которая фактически определяет ситуацию как переломный момент.

И США его очевидно проиграли. Они пытаются проиграть его так, чтобы не было выигрыша, — буквально сжечь Украину, а за ней и Европу. Для того, чтобы Россия тратила ресурсы на восстановление территории минимум до Карпат, а то и вообще до Атлантики. И навсегда или, по крайней мере, на долгое время забыла о международной активности. Но, во-первых, такой ход непрогнозируем по результатам, то есть понятно, что от этого России будет тяжело, но, вполне возможно, что не хуже, чем США. А во-вторых, это еще поджечь надо. Украину-то они подожгут, в этом у меня сомнений нет, потому что там просто нет адекватных политиков, там ситуация такая, что нет силы, которая могла бы противостоять. Европа пока сопротивляется. Плохо сопротивляется, некачественно, но сопротивляется.

— То, что США вынуждены вести такую подлую войну исподтишка — это заслуга ядерного оружия?

— Безусловно. С появлением ядерных арсеналов в отношениях между ядерными державами фактически не существует "casus belli" — что ни делайте, но, пока не нанесли ядерный удар, прямое военное столкновение практически невозможно. А даже если оно случайно и происходит, то просто пожимают плечами и говорят: "ну так вышло". То есть, закрыли и забыли. Потому что прямое военное столкновение, признание состояния войны ведет на протяжении 20, ну 40 минут к ликвидации обоих государств. И не только. Поэтому сейчас война ведется другими средствами, а соответственно признать, что ты находишься в состоянии войны, практически невозможно, поэтому говорят о "зажиме демократии", о "недостойном поведении" "уважаемого партнера" и т.д.

— И поэтому на Украине мы видим отблески: "мы войну Росси не объявляли". Это из этой серии?

— На Украине это просто предел возможного, это просто тактическое военное столкновение, непосредственное, вооруженное, представляющее интересы двух держав. Прямого соприкосновения военнослужащих двух держав, как когда-то в Корее или во Вьетнаме, нет, но тем не менее, понятно, кто стоит за ополчением и кто стоит за киевским режимом. Понятно, кто может фактически заставить капитулировать одних или заставить быть очень миролюбивыми других.

— Прочитала где-то, что во многие силовые американские ведомства пришли молодые кадры, а пожилые ушли. И некому молодым сообщить, что соваться в Россию с какими-то дурными помыслами лучше не надо, как бы этого ни хотелось. А историю эти ребята знать не хотят, хотя она показывает, что те, кто на Россию ходил, убирался оттуда общипанный и покалеченный.

— У монголов в свое время получилось очень даже хорошо в Россию сходить. И никто их не ощипал, а они ощипали, до полной неузнаваемости. Мы, конечно, можем проследить преемственность русских государств, но в принципе до нашествия это была одна Русь, а после него — совсем другая Россия. Говорить, что уж совсем нет никаких перспектив для агрессора, потому что в истории не складывалось… В истории складывалось. И перспективы всегда есть. Всех когда-то разбивали в первый раз. Для многих первый оказывался и последним.

Во-первых, у США нет другого выхода, кроме конфронтации, потому что в той модели, которую они защищают, военно-политическое доминирование — необходимая составная часть. Россия отказывается признать военно-политическое доминирование США. Следовательно, Россия с точки зрения интересов США должна быть подавлена. Потом, США пропустили тот момент, когда они могли безболезненно (или условно относительно безболезненно) реформировать свою экономику. И сейчас любая попытка даже путем длительного процесса реформирования выйти из состояния этого кризиса в 99 случаях из ста ведет к социальному взрыву в США.

— То есть им уже деваться некуда?

— Да. Понятно, что они не хотят и не могут этого допустить. Потом, огромная часть их элиты встроена именно в такой способ зарабатывания денег. По-другому они уже не могут. То есть люди выбирают, быть ли им миллиардерами или быть нищими. И потом, США к концу 90-х — началу 2000-х были в шаге от победы. Напомню, что шаги России в ходе этих цветных кризисов на Украине и в Грузии были весьма умеренные, потому что российское государство не имело ресурсов для активного противостояния.

Оно заявляло о своем недовольстве, но в активное противостояние фактически не вступало, потому что, если бы тогда Россия выступила так, как в 2014 году, то вполне возможно, мы бы сейчас считали, сколько государств оказалось на территории РФ. Тогда ресурсы и общее геополитическое положение были просто несопоставимы с нынешней ситуацией; тогда Россия не смогла бы привлечь такое количество союзников на международной арене — а США располагали значительно больше поддержкой.

Поэтому — да, неправильно рассчитали свои силы, неправильно рассчитали силы оппонентов; при достаточно хорошем и тонком просчете Соединенными Штатами операции в Грузии, Сирии и на Украине российское руководство смогло найти вариант, прошло между каплями дождя и не приняло плохое решение. И не стало выбирать из двух зол — выбрало третье зло, но уже выгодное для России. Но этого могло и не случиться. Нет гарантии, что руководство и дальше будет обязательно находить правильный и достойный выход. Нет гарантии, что этот выход вообще в принципе есть. А США и сейчас продолжают играть на победу. Другое дело, что несколько лет назад они играли на победу, как немцы в 41-м, а сейчас они играют на победу, как немцы в 43-м.

— Там ведь много умных людей — они это понимают?

— Если бы они это не понимали, то у нас с ними не было бы никаких проблем. То есть если бы они были такими дураками, как о них говорит Михаил Задорнов, Соединенных Штатов давно бы не было, и мир бы был совсем другой. Точно так же, как если бы российское руководство оглядывалось на пожелания отдельных публичных людей — политологов, блогеров и т.д. Некоторые предлагают простые решения по принципу: взять дубину и всё снести. "Партнеров" не надо недооценивать. Я всегда говорю, что из любой ситуации всегда есть минимум два выхода, и один из них крайне неприятен для вас. Вы можете что-то не заметить и проиграть. Тем более, это политика, тем более, что там ставки высоки что сопротивление идет до последнего и до последнего момента ваш оппонент имеет шанс.

Европа. И не друг, и не враг

— Европа. Враг?

— Европа — это никто. Когда-то в Европе существовали империи — Франция, (Французская республика – колониальная империя) Германия, Австро-Венгрия, Россия. И где-то рядом болтались Сербия, Болгария, только что созданная Румыния, какие-то балканские на тот момент княжества, конгломерат итальянских государств… Но все они были никто и звали их никак. Потому что у них никто ничего не спрашивал, всё решали за них. У них был лишь вариант выбора союзника, и то если ему позволяли этого союзника выбрать.

Такая же политика сейчас у Европы. Эпоху своей силы Европа бездарно профукала, когда она решила, что под американским зонтиком ей комфортно и не надо тратить деньги на собственные вооруженные силы.

— Это случилось в сороковые годы или уже сейчас?

— Это был длительный процесс. В европейских армиях в рамках НАТО постоянно развивали узкую специализацию, и в конце концов они прекратили представлять из себя самодостаточные вооруженные силы как по отдельности, так и все вместе. Единственная армия, которая в НАТО что-то из себя представляет — это армия США. Условно — британская: Британии традиционно нужен мощный флот, чтобы защищать острова. А все остальные армии — трава не расти.

В принципе, это было только начало процесса, потому что главная проблема — не военная слабость, а политическая неадекватность. На определенном этапе Европа перестала принимать адекватные политические решения. Первая крупная европейская проблема возникла тогда, когда целый ЕС позволил одной Германии спровоцировать первый балканский кризис, когда Германия вопреки воле Европейского союза признала отделение Хорватии и Словении от Югославии и потянула за собой ЕС. Это уже продемонстрировало, что механизм коллективного подхода в ЕС не работает.

Следующее — когда ЕС вопреки своим собственным интересам, интересам тех же Германии и Франции, которые там работают локомотивом во всех смыслах, по воле США принудил восточно-европейских лимитрофов создать внутри ЕС проамериканскую фракцию, что затруднило принятие выгодных для Европы решений. С моей точки зрения, их можно дробить до бесконечности, эти этапы, я только самые очевидные привожу в пример.

Последний этап был украинский. Было очевидно, что ей, во-первых, не имеет смысла втягиваться в этот кризис, это не в ее интересах. Во-вторых, 21-го или 22-го февраля прошлого года, когда в Киеве произошел переворот и стало понятно, что к власти пришли нацисты, а США буквально отодвинули Европу от решения украинского вопроса, стали решать вместо нее, стало понятно, что Европе нужно резко менять курс внешней политики.

Для нее тогда сложилась уникальная ситуация: несмотря на общую военно-политическую слабость, просто за счет изменения курса, Европа могла бы вернуть себе политическое влияние на уровне сверхдержавы. В этом противостоянии России и США, которое разворачивалось на Украине, при готовности России к компромиссу с Европой и для того, чтобы сохранить с ней партнерские отношения, Европе достаточно было договориться с ней о компромиссном, выгодном для себя урегулировании на Украине. И таким вот образом безусловно отодвинуть США и начать активный дрейф в сторону союза с Россией. Тогда — да, у нее появились бы серьезные политические механизмы для того, чтобы заявлять свою самостоятельную позицию.

— А 16-часовое "сидение" в Минске не приблизило этот момент?

— Это "сидение", как вы говорите,— показатель того, что Европа уже поняла, наконец-то, куда она влезла и что с ней будет в результате — при динамике и векторе тех процессов, что развиваются, через год-два мы вполне уже можем с вами обсуждать гражданскую войну в ЕС, причем по масштабам и разрушительности значительно хуже, чем та, которая сейчас идет на Украине.

— И что полыхнет?

— Полыхнуть может что угодно. Беда в том, что ЕС и так расползается по всем швам как экономическое и политическое образование, то есть все больше и больше стран не понимают, зачем он им нужен. В Европе есть масса противоречий, которые решались только в пределах Евросоюза. Как только эта конструкция начинает ползти, возникают противоречия не только между странами, которые доминируют в ЕС и которые хотят это доминирование сохранить, но и странами второстепенными, которым диктуют условия доминирующие страны. К тому же вспоминаются старые противоречия, старые территориальные споры — у одной только Венгрии территориальные претензии ко всем соседям, потому что она в свое время, в 1920-м году, была разграблена (по Трианонскому договору). Поэтому как только исчезает эта политическая суперконструкция, полыхнуть может в любом месте — хоть традиционно на Балканах, хоть где-нибудь в Восточной Европе…

— Это будет связано не с мусульманами?

— Не думаю — как раз исламская угроза теоретически является для Европы консолидирующим фактором, потому что венгерские, французские, германские консерваторы в данном случае выступают примерно с одних позиций. Но есть серьезные противоречия между европейскими либералами и европейскими консерваторами. И либералами и европейскими патриотами. Не случайно европейские левые и правые партии все сейчас ориентируются на Россию и являются сторонниками союза с Россией, потому что это их объективный союзник в борьбе с против либералов.

— Это восходящие или нисходящие силы?

— Сейчас консервативные силы, независимо от того, левая у них риторика или правая, являются восходящим трендом — просто потому, что либералы исчерпали возможность системы, им нечего предложить, кроме заоблачной толерантности и рассказов о том, что "если раньше было хорошо, то дальше будет еще лучше, а почему сейчас плохо, мы не знаем".

Существует еще масса этнических, приграничных противоречий, старых исторических обид между соседними государствами Евросоюза. Вот, как было с Советским Союзом: у всех было всё хорошо, а как только он начал рушиться, у армян с азербайджанцами возник Карабах вместо дружбы народов. Когда рушится имперская структура, которая сглаживает внутренние противоречия, они начинают выходить на первый план.

Когда Европа осознала, что это является объективным результатом развития украинского кризиса и ее позиции в этом кризисе, она стала пытаться эту проблему решить. Но пытается ее решить таким образом, чтобы не отказаться от своих союзных отношений с США, потому что действующие европейские политики на национальном уровне и уровне Евросоюза все свои карьеры построили на базе натовской, североатлантической и лояльности интересам США. И смена этой системы ведет практически к автоматическому уходу их из политики. Или уходу на второй план.

Поэтому они не хотят менять эту сложившуюся систему. Не хотят решать проблему за свой счет. Я не знаю, продолжали ли они уговаривать Путина в Минске или в Москве решить эту проблему за счет России, думаю, что вряд ли, но если и уговаривали, то поняли, что уговорить не удастся.

Значит, им осталось решить эту проблему за счет Украины. Но Украина — это не тот ресурс, за счет которого ее можно решить. Ее просто не хватает. Ну это как нельзя палкой колбасы накормить двести человек на дне рождения и чтобы еще на неделю осталось есть всей семье — точно так же не хватает Украины, чтобы решить европейские проблемы. Но затягивание украинской агонии объективно дает Евросоюзу определенный лаг во времени для того, чтобы попытаться каким-то образом перестроить свою политику, как-то начать дрейф от той позиции, которую он занимал, как-то отползти в сторону от США…

— То есть они над этим работают?

— Я бы не сказал, что это такая уж эффективная работа — скажем так, они думают, что они над этим работают. Хотя, с моей точки зрения, в том темпе, в котором они сейчас принимают решения, и в той системе механизмов, с которыми они пытаются решить эту проблему, они ее не решат. Потому что это требует более радикальных решений, принимаемых в более высоком темпе. Но тем не менее они видят угрозу и пытаются как-то эту угрозу минимизировать.

— То есть получается, Европа для России не враг…

 — У Высоцкого есть: "И не друг, и не враг, а так…". Ну вот это как раз о Европе.

— Но Россия понимает, как вы говорите, что через два-три года в Европе может заполыхать война? А ведь нам нужно кому-то газ продавать и так далее — то есть иметь надежного партнера.

— Думаю, дело даже не в газе — газ, в конце концов, найдем кому продать, его продажа сегодня уже диверсифицируется и он скоро будет поставляться в Китай. Ну какое-то время действительно будет некая проблема с его продажей — ну кому сегодня легко? Вы же понимаете: если Сомали размером с Украину — на собственных границах это огромная проблема, но Сомали размером с Европу, полмиллиарда населения — это проблема на века.

— Россия, так я понимаю, предлагает Европе проект "от Лиссабона до Владивостока". И вроде бы Меркель уже разрешила себе произнести это словосочетание. Это что — начало обдумывания или опять упомянуто "всуе"?

— Для того, чтобы обдумать, у них было очень много времени, потому что предложено не сейчас. Просто сейчас европейцы посылают определенные сигналы по поводу того, что они готовы рассматривать возможность занятия более гибкой позиции, но это не значит, что они эту более гибкую позицию займут, потому что если мы с вами сидим за столом и пришли к консенсусу, что нужно покушать, то не факт, что мы имеем виду одну и ту же еду в одном и том же ресторане и что мы будем кушать вместе и в одно и то же время.

— То есть они как бы приняли идею, но…

 — Скажем так, эта концепция все время лежит на столе. Никто против нее, по большому счету, никогда не возражал, потому что в свое время ее выдвигал еще де Голль и в общем-то она вполне разумна. Но если на столе лежит какая-то концепция и против нее никто не возражает, начинается выработка проекта ее реализации.

— Это США не дают ею заниматься или европейцам она просто не нужна?

— Дело в том, что… Вот, США самостоятельно могут оккупировать Гренаду. Но не пустить куда-то Европу они не могут. Для того, чтобы США "не пустили" Европу, надо иметь добрую волю европейских политиков, по крайней мере, способных решать поставленные перед ними США задачи — так же, как для того, чтобы США провели государственный переворот на Украине, нужна была неадекватность Януковича. Был бы адекватен — у них ничего бы не получилось.

То есть перед США стоят определенные задачи, которые они пытаются решать. Есть европейские политики, интересы которых объективно совпадают с интересами США, и Штаты на этих политиков опираются. Эти политики до сих пор в ЕС руководят, фактически определяют его политику. Часть з этих политиков — Меркель, Олланд, видя опасность для Европы, понимают, что в случае такого пожара автоматически умножат на ноль весь международный авторитет Франции и Германии и они становятся Зимбабве в Европе. Не Сомали, но Зимбабве.

И они не хотят, чтобы ЕС скатился на такой уровень. Потому что это только на Украине не понимают, что твои личные позиции среди глав государств зависят от позиции страны, которая за тобой стоит. И король Лесото никогда не будет равен президенту США, какую бы красивую шкуру он на себя ни надел, потому что это Лесото, а это — США. Поэтому сегодня часть европейских политиков начинает искать выход. Но опять-таки — выход в рамках известной и понятной им системы,…

— А Россия так и осталась для них непонятной?

— Нет, Россия для них понятна… Знаете, это вот когда наступает голод, то системный администратор в принципе понимает, что надо ехать в деревню, выращивать картошку и поросяток и таким образом кормиться. Но он это делать не умеет — он умеет за только компьютером сидеть. Но его навыки в компьютерной грамотности уже никому не нужны, потому что нет электричества. Вот примерно то же самое сейчас происходит с Европой. Они грамотные ребята, они все понимают, но нет навыков соответствующих, традиций таких нет, интересы собственные другие: как же мы будем жить без ватерклозетов, да? Многие европейские политики, их карьеры, а они уже пожилые люди, они полностью построены на базе признания себя младшими партнерами США.

— А новая генерация политиков?

— Люди уходят, когда резко меняется политика. В Евросоюзе сейчас они не хотят уходить: они считают, что у них еще большие перспективы.

— То есть ждем, когда там как-то резко изменится политика в целом?

— Думаю, что европейцам для спасения Европы нужно резко поменять политику. Я думаю, что они этого сделать не могут. Мы можем только ждать, что она там резко изменится — но совсем не факт, что она изменится. В том числе и потому, что новая генерация еще слишком далека от возможности прийти на смену старой нереволюционным путем, а революционный путь прихода новой генерации — это тот же Майдан, только для Европы — то есть ничего хорошего он с собой не несет. Революция разрушает не только старые, но вообще все структуры.

Восток. Азия. Угрозы нет, но она… есть

— Посмотрим теперь на Азии, Восток — есть ли здесь какая-то угроза для России и если есть, то от кого исходит?

— Сегодня критической угрозы из Азии не исходит, хотя, по большому счету, США находятся от России всего лишь за Тихим океаном. Но там больше угроза не для России, а для Китая.

В политике угроза может потенциально исходить от кого угодно, потому что сегодня он у тебя стратегический партнер, а завтра становится твоим конкурентом, а послезавтра — вообще врагом. Так вот, если из схемы сегодняшних международных отношений выделить США, которые являются врагом для всех, и допустить, что они потерпели поражение и начинает выстраиваться новая схема, то она может выстраиваться как на партнерских основах — с Китаем, Ираном, Индией и пр. — так и на основах конкуренции.

И этот выбор зависит не только от России — он зависит от других государств, как они будут выстраивать свои отношения: вы можете желать дружить с кем угодно, но хотят ли дружить с вами? Предсказать, как поведет себя руководство этих стран, причем всех, невозможно. Да, сегодня китайское руководство склонно к выгодному для Китая партнерству, они работают по принципу "всё равно все конечно, а Поднебесная вечна". Но даже в таком режиме мирного развития Китай все равно потенциально в обозримой и необозримой перспективе становится доминатом. И не факт, что оно будет сохранять такой же подход все время.

Всегда возникают какие-то внутри- и внешнеполитические кризисы, которые приводят к резкому изменению политики по отношению к третьим странам — просто потому, что за их счет можно решить другую проблему. Поэтому сказать, как поведет себя китайское, индийское, иранское руководство после ухода США, невозможно. Тем более что ситуация сейчас складывается таким образом, что высока вероятность того, что у России будут серьезно связаны руки на европейском направлении.

А любое ослабление любого потенциального конкурента в твоем регионе — в данном случае в Азии — диктует необходимость занять освободившуюся нишу. Это не значит, что речь идет о том, что кто-то хочет напасть на кого-то и оттяпать его территорию — нет, надо просто умело и быстро использовать слабость конкурента и занять его место на рынках для отрыва от него союзников или перевода их под свой зонтик. И так далее.

А все это по ходу дела может привести к обострению политических отношений и возникновению прямой проблемы. В принципе, проблема между Россией и США тоже начиналась с того, что российские союзники переводились под американскую крышу, а российские рынки занимались. А потом произошло политическое столкновение. Поэтому сегодня есть все основания считать, что послеамериканский мир вполне может быть компромиссным, полицентричным миром — по крайней мере, на первом этапе, пока на всех будет хватать общих опасностей и будут в наличии сдержки и противовесы, когда решения принимаются консенсусом великих держав, по крайней мере.

Но это не детерминировано — на самом деле исчезновение США как крупного политического игрока в данном ситуации может привести к тому, что в Азии и Латинской Америке начнется борьба за доминирование среди тех игроков, которые на сегодня являются союзниками.

— По большому счету, если разобраться, России не выгоден полный крах США?

— Мы не знаем, что сейчас выгодно России, а что нет. Потому что мы не знаем, в каком формате будет происходить крах США, многое от России просто не зависит. Как я уже сказал, военно-политическое поражение Штатов в современном мире ведет их к экономической катастрофе и к общему социальному взрыву. Поэтому без всяких российских усилий, направленных против США, только за счет защиты своих собственных интересов и за счет попытки выжить Россия объективно может привести США к фрагментации и исчезновению или очень серьезному внутреннему кризису, который на десятилетия заставит США заняться своими внутренними проблемами и вообще забыть об активной внешней политике.

Здесь заинтересованность или незаинтересованность никакой роли не играет. И вообще мы не можем сказать заранее, что мир будет таким или этаким, потому что вариантов всегда много и эти варианты зависят от принятия решений огромным количеством людей и решения эти непросчитываемы. Тем более нельзя просчитать их взаимодействие, потому что их множество. В одном случае — полное исчезновение США, России не выгодно, а в другом случае — вполне как бы устраивает.

* Читайте ОКОНЧАНИЕ

Автор: Наталья Гаврилева
Источник: www.kr-eho.info
Просмотров: 109
Комментариев: 0
Фото: www.kr-eho.info
Тэги: Россия  США  геополитика  Ищенко 

В тему:

Последние комментарии:
Читать все комментарии

Loading...
Добавить комментарий
Пожалуйста, придерживайтесь темы данной публикации, для общения на другие темы у нас есть форум. Выражая свое мнение, соблюдайте общепринятые правила приличий. Площадная брань, оскорбления, спам и т.п. удаляются. Количество знаков в комментариях ограничено. Действует лимит 24 часа/комментариев для не зарегистрированных пользователей.

Ваше имя (*)
Тема (*)
Комментарий (*)
Число на картинке (*)

br>Загрузка...

    Последние публикации
Спасение утопающих. «Севморзавод» отремонтирует спасательное судно «Саяны» ЧФ
Филиал «Севастопольский морской завод» АО «ЦС «Звездочка» (входит в ОСК) проведет сервисное обслуживание и ремонт спасат >>>

Потомству в пример. Мантуров: Один человек, занятый в судпроме, обеспечивает работой еще четверых
Один человек, занятый в судпроме, обеспечивает работой не менее четырех человек в связанных отраслях. Таким образом, отечественное судостроение обеспе >>>

Шуба подождет! Сочи, Новороссийск, Ялту и Севастополь свяжет роскошный круизный лайнер
Круизы по Чёрному морю между кавказским и крымским побережьем будет осуществлять судно «Roy Star», оборудованное четырьмя бассейнами, рест >>>

Легенда Севастополя, история России. Конкурс "Рекламный слоган для "Севморзавода"
Руководство и профсоюзный комитет Филиала «Севастопольский морской завод» АО «ЦС «Звездочка» (входит в ОСК) объявляют о >>>

Наш "паровоз". Судостроение станет локомотивом крымской экономики - эксперт
  Концепция «Социально-экономического развития Севастополя до 2030 года» практически полностью совпадает с планами кораблестроителе >>>

Строим флот сильной страны. Овсянников: ОСК - ключевой инвестор Севастополя
Дмитрий Овсянников был назначен врио губернатора Севастополя летом прошлого года. В интервью ТАСС он рассказал о том, какими принципами руководствуетс >>>

"На потоке." В Севморзавод зашли на ремонт два пассажирских теплохода (ФОТО)
В Филиал «Севастопольский морской завод» АО «ЦС «Звездочка» (входит в ОСК) для проведения докового ремонта зашли два пас >>>

Будет как новое. На Севморзаводе отремонтируют судно «Мыс Тарханкут»
Филиал «Севастопольский морской завод» АО «ЦС «Звездочка» (входит в ОСК) выполнит ремонт судна комплексного снабжения &l >>>

Членам профсоюза - скидка? Профсоюзную организацию создают на Севморзаводе
В Главное управление Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Крым и Севастополю поступили документы для государственной регистрации со >>>

По морям, по волнам. Севастопольские студенты завершают проект НИС "Пионер-М"
Студенческое конструкторское бюро НИС «Пионер-М» представило доработанный эскизный проект будущего судна на заседании управляющего комитет >>>


MaxNews.net

Коллективный разум
Форум

Лучше раз увидеть
Фотогалерея

Наши объявления
Реклама
Интересное у нас
Мир Злые происки врагов. Дворкович считает аморальными санкции против крымчан
Скрижали В честь Святого адмирала. В Севастополе заложили первый камень музея Ушакова
Здоровье Бешенство. В Крыму множится количество "неблагополучных" сел из-за лис и хорьков
Отдых Бархатный сезон. В Крыму рассчитывают на 5 млн туристов до конца года
Авто Дороги и дураки. Главный аудитор Крыма призвал водителей потерпеть пять-семь лет
Спорт Футбол. Лайв ставки и спортпрогнозы онлайн на матч "Черноморец"-"Заря"
Книжная полка "Хроника флотского спецназа". Крокодил не ловится, не растет кокос
Реклама
Блоги
.
.
Погода

влажность:

давление:

ветер:

Уже история
Архив Легенда Севастополя, история России. Конкурс "Рекламный слоган для "Севморзавода"
На правах рекламы «Безопасный» азарт в домашней компании: 777 игровые автоматы
Реклама